Тема этой публикации — «Мысленный эксперимент: глобальный союз». Я очень долго размышлял, прежде чем решился её опубликовать.
Суть — немного поразмышлять о том, какое влияние мог бы оказать союз всех великих держав мира. На первый взгляд вопрос кажется слишком тривиальным. И действительно, приведённая ниже беседа с ChatGPT показывает, что потенциал и влияние такого объединения могли бы быть просто беспрецедентными и определяющими судьбу человечества.
А отсюда уже вырастают мои собственные мысли. Я осмеливаюсь представить вариант, при котором участники такого союза решают действовать ответственно и ставят общие интересы человечества выше своего узкого эгоизма.
Это позволило бы прочно утвердить международный правопорядок, установить мир, защищать права человека, совместно решать глобальные проблемы и осуществлять глобальные проекты (например, колонизацию космоса).
Это был бы огромный позитивный поворот.
Однако приведённое ниже интервью показывает и то, что мешает такому повороту, — противоречия между участниками. Отдельно следует выделить войну в Украине, которая серьёзно отравляет отношения Запада с Россией сегодня и будет отравлять их ещё в далёком будущем.
Следовательно, вопрос в конечном счёте не в чём ином, как в мышлении. Если бы великие державы сумели понять, что есть нечто гораздо более важное, чем их истерический национальный эгоизм, изменилось бы очень многое. Не напрасно сказано: кому много дано, с того много и спросится. Если ты велик и могуществен, то и ответственность твоя соответственно велика. И выходит, что важнейший и величайший ресурс — дух. В этом смысле судьба человечества действительно в наших собственных руках. Если мы не выживем, то по собственной вине.
Я знаю, что во всеобъемлющее, преданное и дружеское сотрудничество великих держав мира очень трудно поверить. В последний раз о нём, пожалуй, можно было говорить во время Второй мировой войны, когда коалиция Объединённых Наций выступила против нацистской Германии. Насколько сложна тема такого сотрудничества, показывает работа Совета Безопасности ООН. Именно между его постоянными членами происходит больше всего споров. Почему им не удаётся наладить описанное выше сотрудничество? Вот вопрос.
Верим ли мы, что великие силы этого мира смогут обрести волю к сотрудничеству и чувство ответственности перед собой и перед всеми людьми мира?
Интервью с ChatGPT
Вопрос
Какими были бы экономический, военный и научный потенциал и влияние объединения Европы (членов ЕС и НАТО), США, Украины, России, Китая и Индии?
Ответ
Это интересный мысленный эксперимент, поскольку описанное объединение охватило бы почти весь крупнейший экономический, научный и военный потенциал мира. Если предположить, что это был бы действительно действующий союз, а не просто формальная организация, его влияние оказалось бы беспрецедентным.
Население
Если сложить:
- Европейский союз: ~450 миллионов
- остальные европейские члены НАТО (Великобритания, Норвегия, Турция, Исландия и др.): ~160 миллионов
- США: ~345 миллионов
- Украина: ~32 миллиона
- Россия: ~143 миллиона
- Китай: ~1,41 миллиарда
- Индия: ~1,45 миллиарда
Итого около 4 миллиардов человек, то есть примерно 48–50% населения мира.
Экономическая мощь
По номинальному ВВП (приблизительные величины):
- США — ~$31 триллион
- ЕС — ~$20 триллионов
- Великобритания — ~$4 триллиона
- Индия — ~$4,5 триллиона
- Китай — ~$19 триллионов
- Россия — ~$2 триллиона
- Украина — ~$0,2 триллиона
В общей сложности — приблизительно 80 триллионов долларов США в год.
Это составляло бы примерно 75–80% мировой экономики.
Ещё важнее то, что в это объединение входили бы:
- крупнейшие финансовые центры мира;
- большая часть высокотехнологичного производства;
- ведущие сельскохозяйственные регионы;
- крупнейшие энергетические ресурсы;
- большая часть мощностей по переработке редких металлов;
- важнейшие мировые торговые пути.
Военная мощь
По существу, это была бы сильнейшая военная сила в мире.
Ядерное оружие
В объединение входили бы три крупнейшие ядерные державы:
- США
- Россия
- Китай
а также:
- Великобритания
- Франция
- Индия
В совокупности это означало бы практически крупнейший в мире потенциал ядерного сдерживания.
Обычные вооружённые силы
- крупнейшие военно-воздушные силы
- крупнейший военно-морской флот
- самые современные в мире спутниковые системы
- наиболее развитая разведывательная сеть
- мощнейшая киберзащита
- огромные промышленные мощности по производству вооружений
У такого объединения не было бы сопоставимого противника в мире.
Наука и технологии
Здесь была бы сосредоточена почти вся научная элита мира.
Например:
- Кремниевая долина
- европейские научные центры
- технологические города Китая
- ИТ-сектор Индии
- ведущие университеты мира
- значительная часть лауреатов Нобелевской премии
- большинство космических программ
Такое объединение контролировало бы значительную часть:
- разработок в области искусственного интеллекта;
- полупроводниковых технологий;
- биотехнологий;
- разработки лекарственных средств;
- квантовых вычислений;
- космических исследований.
Энергетический потенциал
В распоряжении объединения одновременно находились бы:
- энергетические ресурсы, позволяющие не зависеть от Ближнего Востока;
- российские газ и нефть;
- сланцевый газ США;
- ресурсы Канады и Норвегии (через НАТО);
- китайское производство возобновляемой энергии;
- быстро растущий энергетический рынок Индии;
- европейский опыт в атомной и возобновляемой энергетике.
Влияние на мировую политику
Авторитет объединения зависел бы от того, способно ли оно действовать едино.
Если да, то оно могло бы:
- определять мировые технологические стандарты;
- формировать правила международной торговли;
- влиять на валютные рынки;
- направлять климатическую политику;
- координировать борьбу с пандемиями;
- направлять космические исследования;
- разрешать значительную часть международных конфликтов.
Решения такого объединения влияли бы почти на все государства мира.
Внутренние вызовы
В то же время главная трудность заключалась бы именно в функционировании такого объединения.
Среди его участников были бы весьма различные политические системы и интересы:
- либеральные демократии;
- авторитарные государства;
- различные приоритеты в сфере безопасности;
- конкурирующие экономические интересы;
- исторические противоречия.
Например, сегодня существуют серьёзные противоречия между:
- НАТО и Россией;
- США и Китаем;
- Индией и Китаем.
Преодоление подобных разногласий потребовало бы беспрецедентного доверия и соответствующих институтов.
Если бы объединение всё же заработало…
Если представить, что все эти государства смогли бы на протяжении длительного времени сотрудничать ради общих целей, результатом стала бы организация, обладающая:
- примерно 4 миллиардами жителей;
- экономикой объёмом почти 80 триллионов долларов США;
- сильнейшей в мире военной мощью и ядерным сдерживанием;
- преобладающей долей мирового научного и инновационного потенциала;
- решающим влиянием на международную торговлю, технологии и безопасность.
Такое объединение, вероятно, стало бы самой влиятельной международной организацией в истории. Его авторитет основывался бы не только на военном или экономическом превосходстве, но и на способности формировать глобальные нормы и стандарты и находить общие решения проблем, с которыми ни одно государство не может справиться в одиночку. Вместе с тем условием его успеха были бы исключительно эффективное управление и готовность участников хотя бы в некоторых областях ставить общие интересы выше своих узких геополитических целей.
Влияние противоречий между Россией и Украиной
Это самый сложный вопрос данного мысленного эксперимента. Если бы Россия и Украина входили в одно и то же объединение, всё зависело бы от того, на каких условиях они к нему пришли.
Можно представить по меньшей мере три сценария.
1. Конфликт разрешён до создания объединения
Это было бы наиболее реалистичным основанием для жизнеспособного объединения. Это означало бы, что:
- боевые действия прекращены;
- стороны достигли мирного соглашения (каким бы трудным ни был компромисс, необходимый для его достижения);
- существуют международные гарантии безопасности;
- вопросы границ и возмещения ущерба от войны хотя бы частично урегулированы.
В таком случае недоверие сохранялось бы ещё десятилетиями, но институты помогали бы его сдерживать. Европейская история знает подобное развитие: например, Франция и Германия веками были соперниками, однако после Второй мировой войны стали опорными столпами европейской интеграции.
2. Конфликт продолжается, но обе страны входят в объединение
Это была бы крайне нестабильная ситуация. Объединению пришлось бы постоянно иметь дело с внутренним кризисом:
- миротворческими миссиями;
- арбитражными органами;
- совместными силами безопасности;
- применением санкций или права вето.
Такой организации было бы трудно действовать едино и по другим вопросам, поскольку конфликт влиял бы на отношения между её членами.
3. Общая высшая цель перевешивает противостояние
История показывает, что иногда более серьёзные вызовы заставляют бывших противников сотрудничать. Если, например, человечество столкнулось бы с глобальной угрозой (всемирной катастрофой, космической угрозой, чрезвычайно серьёзным климатическим кризисом или иной экзистенциальной проблемой), государства могли бы увидеть в сотрудничестве большую ценность, чем в противостоянии.
Это не стёрло бы прошлое, но изменило бы приоритеты.
Какое влияние это оказало бы на объединение?
В первые годы российско-украинский вопрос, вероятно, был бы самой чувствительной темой организации. Потребовались бы:
- сильные правовые институты;
- независимые суды;
- общие механизмы безопасности;
- программы укрепления доверия;
- широкое экономическое сотрудничество.
Если бы всё это работало, со временем могло бы возникнуть нечто похожее на то, что произошло в Западной Европе после 1945 года: бывшие враги не обязательно стали друзьями, но научились разрешать разногласия политическими и правовыми средствами, а не оружием.
Парадокс
Как ни парадоксально, именно принадлежность России и Украины к одному сильному объединению могла бы стать одной из предпосылок долгосрочного мира. Если бы обе страны были связаны общими институтами, экономикой и системой безопасности, цена вооружённого конфликта стала бы настолько высокой, что его предотвращение отвечало бы интересам всех.
Вместе с тем нельзя недооценивать влияние исторических травм. Человеческие потери, вызванные войной, разрушенное доверие и взаимные обвинения не исчезнут после подписания одного договора или создания одной организации. Поэтому успех такого объединения зависел бы меньше от его экономической или военной мощи и больше от того, сумеет ли оно создать справедливый и заслуживающий доверия порядок, в котором и Россия, и Украина видели бы защищёнными свою безопасность и достоинство. Это был бы долгосрочный процесс, измеряемый скорее десятилетиями, чем годами.
